psoranet (psoranet) wrote,
psoranet
psoranet

Маленькие хранители большого Дома (сказка)

.
Вот и последний день уходящего 2014 года... Скоро пробьют куранты (или что-то другое), и мы окажемся каждый в своём большом или малом доме, но в новом временнОм отрезке. Будем жить и продолжать старые дела и начинать новые. В эту ночь мы традиционно пожелаем друг другу жить лучше, счастливее, удачливее, честнее... И так важно, чтобы невзгоды и несчастья обошли наши дома стороной, а если не обойдут - то чтобы мы могли надёжно защитить и сохранить и дома малые, и большие Дома... а это зависит от нас, от каждого из нас. Об этом и о многом другом - сказка от участника нашего форума RedMen.



Маленькие хранители большого Дома
Сказка

.
Ещё в полдень ярко сияло солнце, но к вечеру стали собираться облака. Ветер усиливался; тучи, выходя из-за горизонта, суровели, свинцовели и как-то враз закрыли небо сплошь, без просветов. Крупные, тугие и жёсткие струи дождя хлестнули по черепичным крышам, по мостовой, палисадникам, по редким прохожим. Всё, что было сухого - вмиг вымокло. Вода была всюду и всюду был ветер; он гнал потоки воды по узким улочкам вниз, к морю; размётывая кучи листьев, свистел меж яблонями в саду; настойчиво барабанил дождевыми каплями в окна домов, сердито гудел в трубы и в бормотании его слышалось что-то недоброе: "Бу-бу-у-у!"

"У-у-ууи-и-и!" - пропело где-то вверху в трубе и угольки в камине весело ответили нежданной песне ворохом взметнувшихся искорок. Здесь, под крышей старого дома, непогода была не страшна и представлялась чем-то далёким, совсем-совсем не опасным и отчасти даже и забавным. Обитатели дома привычно занимались своим привычным делом: дедушка подрёмывал в кресле перед камином, уронив на колени мемуары, отец что-то мастерил на своём верстаке в углу, мать хлопотала по хозяйству, успевая делать несколько дел одновременно, а дети... Старшая из сестёр-близнецов читала очередную толстую рукописную книгу; младшая, недвижно сидя напротив задремавшего деда на низенькой скамеечке и глядя в огонь, думала какие-то свои тайные думы; а самый младший воинственный карапуз, за вечер изрубив деревянной саблей полдюжины армий воображаемых врагов, забрался с ногами на табуретку и корчил в окно страшнючие рожицы.

"Бооом-м-м-м!" - торжественно бухнули угловые часы и мама отложила шитьё в сторону.
- Дети! Спать пора!
- Ну ма-а-а! - заныл Младшенький. - Ну ещё чуть-чуть!
- Если только совсем чуть-чуть, - мама была неумолима.
Карапуз в восторге скорчил в окно самую жуткую рожу, какую только смог, спрыгнул с табуретки и зашлёпал босыми ногами к камину, стуча саблей по половицам.
- Де-е-еда! Ты нам сказку расскажешь? - и уточнил, обернувшись на мать: - На ночь.
- Ска-а-азку? - дедушка пробудился от боя часов и сейчас рассеянно протирал очки клетчатым платком. - Какую же сказку вам рассказать?
- Расскажи, как ты сражался с Великим Подводным Злом! - Младшенький обожал истории про героические подвиги.
- Мы такую историю уже слышали - ответила подошедшая старшая сестра. - И потом, это было не великое зло, а всего-навсего придонный скрытень из Запорожного омута.
- Ну и что, зато он был в несколько раз больше дедушки! - не сдавался Младшенький. - А ты - вредина!
- Да-а-а, было дело... Я тогда служил хранителем одного престранного клада. Ох, и страху-то я натерпелся! - дедушкин голос был скрипуч и звучен одновременно. - Но мы и вправду уже много раз слышали эту историю. И... какую же сказку вам рассказать?
- Дедушка! - встрепенулась на скамеечке младшая сетрёнка, - расскажи... что-нибудь особенное?
- Особенное? Хм-м-м...
- Ну да. Ты разве не видишь, что вечер сегодня такой - особенный? И ночь будет особенная, - добавила Младшая, обращаясь к детям.
Младшенький выразительно покрутил пальцем у виска и на всякий случай втянул голову в плечи, ожидая подзатыльника - он побаивался строгостей старшей сестры. Но сейчас она ничего не заметила, вслушиваясь в доносящийся с улицы шум дождя.
- Хм-м-м... Есть у меня такая сказка. Должно быть, действительно пришла пора рассказать её вам, - задумчиво проговорил дедушка. - Ну, слушайте...

"... Давным-давно, в незапамятные времена, когда люди и вещи ещё понимали язык друг друга, жил-был Старый Дом. Он был настолько старым, что никто уже не помнил, сколько ему лет и кто был его строителем; и все - и окружающие его соседние дома, и обитающие в них жители - все привыкли считать, что Старый Дом был всегда. Как и полагается всякому уважающему себя дому, этот Дом давал приют всем, кто нуждался в нём; и надо сказать, люди и звери охотно селились в Старом Доме, потому что знали - он надёжно защитит их от невзгод и опасностей..."

- Совсем как наш, да? - с восторгом вскричал Младшенький.
- Не перебивай, - одёрнула его Старшая.
- Да, совсем как наш, - согласился дедушка. - И даже ещё надёжнее, ведь это - не забыли ещё? - это был Старый Дом.

"... Никакое зло и никакая беда не могли подобраться к Старому Дому незамеченными. Как только Дом чуял что-то недоброе, он плотно закрывал двери и ставни на окнах - да-да, когда-то дома умели сами такое проделывать - и тревожно кричал: "Опасность! Опасность!" Предупреждённые жители и все, кого это касалось, выходили и вместе отражали нападение недругов и жизнь снова текла по-прежнему.
Признаться, сложившаяся система была не то чтоб очень удобной, ведь иногда Дом мог закричать поздней ночью, когда все спали крепким сном, и будил всю округу - согласитесь, не всем нравится, когда их будят посреди ночи, - но окружающие дома и их жители понимали, что кричит Старый Дом для их же безопасности и мирились с маленькими неудобствами. И, в общем-то, все были довольны друг другом: люди были рады, что у них есть такой надёжный и верный друг, а Старый Дом был рад сделать для окружающих что-нибудь полезное - в этом он видел своё предназначение. И все жили счастливо - ну, насколько вообще можно быть счастливым в полном тревог мире.

Проходили годы, а потом ещё, и ещё, и ещё. Люди стали замечать, что голос Старого Дома стал слабеть, а опасности Дом стал распознавать не так чутко, как раньше; и даже, бывало, ошибался и поднимал переполох впустую. Самые бдительные из жильцов пытались указать другим на беспокоящие их знаки, но люди лишь смеялись в ответ и беспечно махали руками - они привыкли жить под опекой Старого Дома и считали, что ничего страшного не происходит. Порой на Старый Дом нападала непонятная расслабляющая дрёма и стоило немало сил добудиться до него, но поселенцы и на это обращали мало внимания. Дом просил людей о помощи, но голоса у него уже почти не было и его не слышал и не понимал уже никто. Он засыпал и уже не имел сил бороться; и однажды, когда огонь уничтожил одну из пристроек, а тревоги так и не последовало, люди поняли, что Старый Дом уснул навсегда.

Поняли это и недруги, что до сих безуспешно пытались одолеть Старый Дом. Поняли и возликовали. Они окружили Дом со всех сторон и принялись всячески досаждать ему и его обитателям. Ох, что тут началось!
Во все незащищённые щели пробирались всевозможные мелкие и большие пакости и пакостили как только могли. Чихалка забиралась в старые шкатулки и когда кто-то открывал их, то расчихивался так, что забывал обо всём на свете. Каверза притворялась мокрым пятном на полу и радовалась, когда кто-то из людей поскользнётся на нём и разобьёт горку посуды или дорогую хрустальную вазу. Дразнюшка - а она очень не любила, когда неосторожные дети корчили ей рожицы в окно - Дразнюшка так передразнивала кривляк, так пугала детей, что их приходилось вести к врачу. Нехочуспатька забиралась в незапертый комод, пряталась в детских пижамках и получала удовольствие, когда дети, переодевшись ко сну, начинали капризничать и вопить: "Не хочу спать!" Вреднюшка заставляла детей вредничать, Непослушайка подучивала не слушаться старших; Гордынька нашёптывала людям, что они могут справиться с повседневными заботами без чьей-либо помощи, а Ссора умудрилась перессорить всех, и взрослых, и детей, друг с другом. Что уж говорить про злые дела покрупнее, если даже мелкие пакости наделали столько бед!
Одним словом, жизнь в Старом Доме наступила самая безрадостная. И тогда люди поняли, что им надо что-то делать, если они не хотят, чтобы злые силы окончательно победили Старый Дом. Но что слабые люди могли сделать, если из-за своей беспечности они перестали понимать язык вещей?"

Голос дедушки был строг и печален.
"У-у-ууу!" - провыло в трубе и огоньки в камине испуганно вспыхнули красным пламенем.
- Ну же, деда, ну! - нетерпеливо воскликнул Младшенький.
- Дедушка?.. Дедушка?.. - вопросительно смотрели сёстры.
- Кгрхм!?.. А подайте-ка мне, дети, мою корешковую трубку; у меня что-то запершило в горле и  нужно перевести дух, - проговорил дед. - А ты, милая, передай-ка мне во-он тот уголёк.
Дети переглянулись. Дедушка нечасто курил свою трубку и одно это значило, что вечер сегодня действительно особенный.
- Де-е-еда! - вновь затеребил деда Младшенький, когда необходимые действия с трубкой были закончены и дедушка пустил к потолку первое кольцо дыма. - Что придумали люди?
- А... что придумали бы вы, окажись вы на их месте? - дедушкин взгляд был почти взыскующим.
- Я зарубил бы всё зло, какое только есть на свете! - взмахнул Младшенький своей деревянной саблей.
- Экой ты воинственный! - улыбнулся дедушка. - Видишь ли, природа зла такова, что его нельзя вот так просто взять и убить. Зло изменчиво, как изменчив наш мир; оно совершенствуется, как совершенствуется наш мир, и требуется немало усилий, чтобы противостоять ему. Если бы зло можно было уничтожить раз и навсегда, мы давным-давно жили бы в царстве Добра, а этого нет. А что скажут наши сестрички?
- Мы... мы пока не знаем, - пробормотали сёстры. - Дедушка, можно, мы посоветуемся?
- Конечно. Кстати, вы совсем недавно держали ответ в руках.
- Вечно они шушукаются, - проворчал Младшенький. Ему было досадно, что он не отгадал загадку, хотелось послушать, о чём шепчутся сёстры, но и "шушукаться" с девчонками он считал ниже своего достоинства. - И что такого мы держали в руках? Шкатулка, трубка, уголёк, сабля. Что смешного!?

Дедушка, посмеиваясь и хитро глядя на внука, пускал кольца из трубки. Наконец сестрички вернулись.
- Ну как, вы догадались, что придумали люди? - приветствовал их дедушка.
- Мы подумали, и решили, что... - начала было Старшая.
- Уголёк! - выпалил Младшенький. - Они придумали, как сжигать злые дела!
- ... что это не может быть уголёк, потому что угольки должны были остаться от сгоревшей пристройки. И ещё - огонь был задолго до того, как заснул Старый Дом: людям же надо было как-то готовить пищу!
- И это не могла быть шкатулка, потому что мы помним, как Чихалка забиралась в них до того, как люди что-то придумали, - продолжила Младшая.
- И это не могла быть сабля, потому что ты сказал, что зло нельзя  убить насовсем, а значит, и решение было... менее воинственным.
- И это не могла быть твоя трубка, потому что мы не брали её в руки.
- Верно, верно, - ободрительно кивнул дедушка. - Ведь вы только открыли шкатулку, а взял трубку я уже сам. И..?
- Но мы подумали, что твоя корешковая трубка - ключ к твоей загадке, дедушка, - неуверенно проговорила Старшая. - Ты как бы хотел сказать: "Зри в корень!" и...
- И... ? - дедушкин голос был почти ликующим.
- ... и тогда они придумали нас, - тихонько закончила Младшая.
- И тогда они придумали нас, - удовлетворённо откинулся дедушка на спинку кресла и выпустил из трубки полдюжины колец кряду. Глаза его сияли. - Ты... сама догадалась?
Младшая молча кивнула головой.
- Умница.
Трах! Это Младшенький с досады расколотил свою саблю о каминную решётку. Ну конечно! Они же открывали запорное устройство!

"... И тогда они придумали нас - Хранителей Дома. Если Старый Дом перестал закрывать двери и окна - значит, надо закрыть их самим. Так появились щеколды, засовы, задвижки, защёлки и другие "запорные устройства продольно-скользящего типа с поворотом" - такими скучными, ничего не значащими словами нас называли. С тех пор как люди разучились понимать язык окружающих их вещей, они потеряли и способность проникать в их суть и давать им истинные имена - но мы знали их и помнили своё предназначение: хранить Дом от опасностей.
Помнил о том и Первый Хранитель, когда заступил на свою Первую Стражу. О, в какую ярость пришли злые силы, когда обнаружили, что не могут более проникать в Старый Дом! Они грозили Хранителю страшными муками, морозили холодом, жгли огнём, даже пытались поломать - но всё напрасно. Хранитель знал, как хрупка граница между добром и злом; знал, что от него одного зависит сохранность её; знал, какие беды могут обрушиться на Дом, сойди он со Стражи - и знание придавало ему мужества. Ох, сколько, должно быть, страхов он натерпелся за ночь! - совсем как я во время нашей битвы с придонным скрытнем.
Утром недруги отступили ни с чем. На следующую ночь история повторилась; а потом ещё раз, и ещё раз, и всё с тем же результатом. Хранителей прибывало; они стойко несли свою стражу и в итоге заставили врагов убраться восвояси.
Старый Дом снова смог зажить спокойно - почти так же, как прежде".

Дедушка замолчал, задумчиво глядя в огонь.
- И больше они не возвращались?
- Ну-у-у... отчего ж не возвращались. Мы же помним, что зло изменчиво и совершенствуется. Когда они придумывали новую уловку, то возвращались и снова пробовали проникнуть в Старый Дом. Иногда им это даже удавалось. Но к тому времени люди уже научились сами оберегать себя и свой мир  - не без нашей, конечно, помощи - и придумали мно-ого хитрых штук.
- Каких, дедушка?
- О, это уже совсем, совсем другая история! Когда-нибудь я обязательно расскажу её вам.

"Бо-оммм..." - сонно бухнули угловые часы.
- Дети! Время вышло!
- Как всегда вовремя! - обернулся дедушка к маме. - Я как раз закончил рассказывать сказку.
- А ты не забыл ли о своей сабле? - продолжал он, указывая внуку на деревянные обломки.
- Брось её в огонь, дедушка; она бесполезна. Что с неё толку, если она не может победить зла. Когда я вырасту, я стану Хранителем; Хранителям не нужна сабля.
Дедушка пустил к потолку новое кольцо:
- Видишь ли... ещё до того, как ты станешь Хранителем - а ты непременно им станешь, когда вырастешь, - ты поймёшь, что тебе на твоей Страже пригодится любая помощь, даже бесполезные с виду деревянные щепки. Подбери их и прибереги; а завтра мы с тобой смастерим новую саблю.
- Да, дедушка?
Дедушка ободряюще улыбнулся.

Огонь в камине догорал; медленные, будто сонные язычки пламени становились всё меньше и меньше и наконец пропали совсем. Подёрнутые серой корочкой пепла, словно укрытые одеялом, угольки тускло алели, унимая свой жар, нечасто ворочаясь, как во сне, и тогда по одеялу пробегали оранжевые трещинки, вот всё ярче, ярче - и уголёк вспыхивал на короткое время синевато-бордовым пламенем и гас снова. Дом спал.

В углу сонно бормотали часы; спали камин, кресло, верстак, спала вся домашняя обстановка. Спали мама с отцом, выпростав поверх одеяла натруженные за день руки. Спали дети в своих кроватках рядком; сестрички крепко держали друг друга за руки даже во сне, а Младшенький, посапывая в нос, изредка беспокойно вскрикивал и взмахивал невидимой саблей.
А в полусумраке стоящий на ночном бдении дедушка курил свою корешковую трубку, смотрел на внуков и думал о том, как непрост будет путь, когда они смогут заступить на свою Первую Стражу - маленькие Хранители большого Дома.

Tags: истории, оффтоп, праздник, участники
Subscribe
promo psoranet август 18, 2000 12:57
Buy for 100 tokens
Разместите информацию или ссылку на ваши страницы. Правила здесь - https://psoranet.livejournal.com/460664.html
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment